vivien_m (vivien_m) wrote,
vivien_m
vivien_m

Categories:

Особняки Рудольфа Нуреева (часть 1)

                                                                  

Рудольф Нуреев провел всю жизнь в движении. Не только в танце, который сделал его зна­менитым, но в спешке гастрольных переездов, суете аэропортов, лихорадочном ритме светских вечеринок. За двадцать с лишним лет жизни на Западе Нуреев приобрел семь домов. В одних он про­был совсем недолго, в других жил годами. Но каждый из них был его своеобразным автопорт­ретом. "Вы видите его в аэропорту в этой веч­ной беретке, в шарфи­ке, с сумкой на колесиках и понимаете, насколько он одинок", - говорили друзья. Каждая остановка Нуреева - попытка преодолеть одиночество, заполнив : свою жизнь вещами, рассказывает Юлия Яковлева.

             

Любая статья о Рудольфе Нурееве начинается со слов о том, что он. родился в поезде по пути в Уфу и всю остальную жизнь двигался со скоростью 200 километров в час. Легенду своего рождения утверждал он сам: танцовщик мира, "балетный Чингисхан", хитрый шоумен давно смекнувший, куда клонится личный миф.

Когда Нуреев впервые переступил порог ле­нинградской балетной школы, на нем был очень дешевый лыжный костюм, очень доро­гие замшевые ботинки, в чемоданчике - одеж­да и обувь для балетного тренажа. Он был одет так, будто его ноги уже стоили миллион долла­ров, и все свое нес с собой - уже готовый в лю­бую минуту сорваться с места. В 1961-м, когда он в парижском аэропорту Ле-Бурже совершил свой знаменитый "прыжок к свободе" (отлич­но, кстати говоря, рассчитанный с точки зре­ния рекламы), с ним было лишь то, что было на нем надето, - багаж улетел вместе с Кировским театром в Ленинград (где Нурееву заочно да­ли семь лет за "измену родине").

                                  

Останься че­модан при владельце, эффект был бы тот же: валютные суточные, выдаваемые в поездке со­ветским артистам, Нуреев потратил на игру­шечную железную дорогу и ткань для костюма к будущей роли. На Западе к набору предметов-неразлуч­ников добавились термос с чаем и берет (для защиты от насморка). Фибровый уфимский чемодан с балетными принадлежностями вырос в японскую сумку на колесиках; как яхта или скаковая лошадь, она получила имя собствен­ное - Лорд Джон. На этом самоирония иссякла. В вещи и квартиры Нуреев стал вкладывать деньги и пафос. И вскоре стал самым знамени­тым балетным коллекционером жилья. Вне коммерческого расчета, вне житейской праг­матики. Нуреев приобретал ради того, чтобы иметь. Он начал с дома в Монте-Карло - не­ожиданно аскетичного, простого, с белеными стенами.

                                                   

Этот дом давно уже продан. К концу жизни недвижимость Нуреева была представлена в самых разных жан­рах: квартиры в Париже, Нью-Йорке, Лондоне, дом на Сен-Бартельми, ранчо в Вирджинии, остров Галли близ Капри с тремя домами, которые ярусами возвышаются друг над другом. Он реставрировал, отделывал, об­ставлял, туго набивал антиквариатом, густо завешивал старыми картина­ми и гравюрами, позировал в интерьерах фотографам, но почти в них не жил. "Когда ты там будешь?" Он что-то прикинул и с легкой улыбкой объ­явил: "С 18 по 20 августа". В Ленинград Нуреев попал в том возрасте, в каком обычно заканчива­ют учиться танцам. А он приехал начинать все сначала и впервые развер­нул ноги в настоящую балетную позицию. И всю последующую жизнь за­нимался только тем, что догонял. Вначале сверстников, сданных мамами "в балет", как положено, в девять-десять лет; затем вышколенных коллег-принцев, "штыря" непокорные классические pas по восемь-десять часов в сутки; затем спокойных западных профи, с легкой брезгливостью посматривавших на выходки русского дикаря. Став балетной мега-звездой, Нуреев догонял уже самолеты. Он под­бегал к стойке регистрации за считанные ми­нуты до вылета. Каждый год давал 250-300 спектаклей по всему миру, так что львиную часть жизни буквально провисел между небом и землей. Оставшееся время было раскидано между сценой и репетиционным залом. Вы­сыпался в такси. Между спектаклями - непре­менная ванна с горячей водой: единственное средство снять спазм перетруженных мышц, - "единственное место, где я отдыхаю". На все вопросы касательно квартир и домов если от­вечал, то прямо: комплексы, и кивал на нищее уфимское детство. Страсть к антиквариату? - тоже комплексы и тоже родом из детства, из кочевой семьи советского офицера, семьи без истории. Елизаветинская дубовая кровать, атлас и костюмы XVIII века, клавесин XVII ве­ка, коллекция французских академических портретов XIX века - вместо семейных фото­графий. Все это заменяло прошлое, которого в то время было не жаль.

После смерти Нуреева в 1993-м выяснилось, что квартиры и дома - едва ли не единствен­ное, что хоть как-то структурировало его бе­зумный галоп.

                                                                                         

Первой пропиской танцов­щика Нуреева был дортуар хореографического учили­ща - койка с суконным одея­лом в интернате для провин­циалов. Вторым - кровать в квартире балетного педагога Александра Пушкина и его жены, бывшей танцовщицы. Потом начинающему солисту дали комнату - но квартиру пришлось делить с начинающей же солисткой Аллой Сизовой. "Они думали, я на ней женюсь!" - фыркал Нуреев: в моду как раз входили профессионально-семейные дуэты – в начале "Катя с Володей" (Максимова с Василь­евым), потом "Надя и Слава" (Павлова и Горде­ев). Его первая квартира на Западе была, во-первых, чужой, во-вторых, конспиративной: в Париже танцовщика сразу же спрятали, опа­саясь непопулярных методов с советской сто­роны. Отели не в счет. Через полгода после побега Нуреев понял, что сидение в Париже может кончиться фо­лом: интерес к нему начал спадать, новость бы­ла отработана, серьезных профессиональных предложений не последовало. В этот момент он добился приглашения из Лондона: прима анг­лийского Королевского балета Марго Фонтейн позвала его на свой благотворительный вечер.

Через два-три года она собиралась оставить сцену. После встречи с Нуреевым протанцевала все десять. Разница в возрасте составляла без малого двадцать, но этот дуэт во­шел в историю балета. Впервые солистом анг­лийского Королевского балета на десять лет стал иностранец. Нуреев разом очутился в ис­тэблишменте: ужин у баронессы Ротшильд, прием у Лиз Тейлор, буги-вуги с Жаклин Кенне­ди, роман с ее сестрой, Ли Радзивил. Но свет­ские сплетники дружно подозревали другой роман - с самой Марго Фонтейн. Вопрос до сих пор не ясен: в 19б4-м, после покушения в Пана­ме, муж Марго, Роберто Ариас, оказался парали­зован, оставить его Фонтейн не смогла. Воз­можно, и не собиралась - о Нурееве всегда говорила лишь как о непревзойденном партне­ре. А он... "Это была единственная женщина, ко­торая что-то значила в моей жизни, - говорил Нуреев. - Я должен был жениться на ней". Все это происходило в первом настоящем "нуреевском" жилище - викторианском доме в районе Ричмонд-парка. Шесть спален, гостиная 10 метров длиной, четыре зала для приемов. Огромные пространства Нуреев заполнил вещами - мас­сивными дубовыми столами, темными диванами, канделябрами, коврами и портретом Петра I в натуральную величину. При всем этом - домашний кинопроектор: смотреть фильмы с Рудольфом Валентине, чтобы сыграть его у Кена Рассела. Нурееву нравилось барокко. Получился же, по словам одного из друзей, "настоящий Новосибирск" - он набирал вещи, больше подходящие для генеральской квартиры.

(Продолжение следует.....)

Subscribe

  • Великому хореографу Ролану Пети - 90 лет!

    «Если меня спросят: откуда вы родом, кому наследуете, — я бы сказал: Дягилеву. Его принципы очень важны для меня: настоящая, сильная…

  • Нижинская Кира Вацловна (1914-1998г)

    НИЖИНСКАЯ [Nijinsky Kyra] Кира Вацлавовна 1914, Вена - 1 сентября 1998, Сан-Франциско Балерина. Родилась в семье известного русского…

  • Петипа Мария Мариусовна

    Мария Мариусовна Петипа (1857—1930) — русская балерина. Дата рождения: 17.(29).10.1857 Место рождения: Петербург, Российская империя…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment